Приветствую Вас, Гость
Главная » Статьи » Разное

По волнам моей памяти

В предгорьях Южного Урала на границе Оренбургской области и Башкирии среди лесов и холмов, в ста двадцати километрах от ближайшей железнодорожной станции, привольно расположилось село Верхние Кузлы. Это моя малая родина. Здесь в далеком довоенном 1939 году я и родился. 
Мой отец, учитель математики, летом 1939 года был направлен в Верхнекузлинскую школу директором. Я в семье был третьим ребенком – старше меня были брат и сестра. Жизнь моя, по рассказам моих родителей, протекала беззаботно и весело. У меня все было: любящие и любимые мама и папа, сестра, брат, игрушки, и, конечно, я не был обделен вниманием. 

Первые воспоминания


В июне 1941-го произошло то, что разделило жизнь на «до войны, во время войны и после войны». Отца мобилизовали 23 июня 1941 года и направили в Чкаловское зенитное училище, окончив которое и получив звание лейтенанта, он был направлен в Москву, в войска ПВО. Ничего этого я, естественно, не помню – все знаю из рассказов родителей.
Первое воспоминание военных лет относится к зиме 43-44 годов. В это время сильно заболел мой старший брат. Я помню, что у него был очень горячий лоб, пересохшие губы, которые мама чем-то смазывала, брат был завернут в пуховый платок. Мама занималась стиркой. Стирала в деревянном корыте на стиральной доске, а мне было поручено сидеть возле брата. Мне было жалко его, а больше я переживал о том, что он не может пойти со мной 
на улицу и покатать меня на санках. Одного меня на улицу еще не пускали. 
Следующее воспоминание из военного периода относится уже к зиме 44-45 годов. Мы с моим старшим братом много времени проводили с местными мальчишками. Однажды мы совершили поход в соседнюю деревню, которая называлась Кузла-Вершина. Когда мама узнала про наше «путешествие», в наказание весь день нам пришлось просидеть дома, так как выходить на улицу нам было запрещено.
Первой моей «учительницей» стала моя старшая сестра. У нее с детства проявились педагогические гены, и еще когда она только пошла в первый класс, то ежедневно начала «преподавать» мне то, что узнавала на уроках в школе.
Вот так в занятиях с сестрой, катании на санках, играх в снежки и в войнушку проходила моя, как оказалось, последняя военная зима 1945 года. Кстати, в военных играх самой большой трудностью было выбрать, кто же должен быть «фашистом». Не хотел никто! Иногда дело доходило до громких споров, а то и потасовок. Потом как-то отрегулировалось, «фашистами» становились по очереди. Домой «вояки» заявлялись в обледенелой, промокшей одежонке. Сестра сразу заставляла раздеваться, загоняла нас на печку отогреваться, а одежду развешивала для просушки, чтобы к приходу матери с работы у нас был полный порядок. 
Закончилась зима. Наступила весна сорок пятого... 

День Победы 



в Верхних Кузлах На дворе май, но погода отвратительная: мелкий, как осенью, дождь, пасмурно и неуютно на улице и в наших детских душах. Совсем недавно были первомайские праздники. Накануне я был на утреннике в школе, мне понравилось. А сегодня мать, уходя на работу, не разрешила нам с братом выходить на улицу. Сестра, которой уже почти девять лет, готовит уроки. Брат, который моложе сестры почти на полтора года, свое домашнее задание уже приготовил. Ну а я как самый младший и еще не школьник маюсь от безделья и пристаю поочередно то к сестре, то к брату, за что уже получил обещание быть поставленным в угол. 
Вдруг широко распахивается дверь, и с каким-то шумом, гамом, возбужденные, вбегают мать, соседка тетя Валя и несколько учительниц, которых я знал, хватают нас на руки, тормошат, обнимают, целуют, а сами и плачут и смеются. В конце концов они буквально прокричали нам, что война закончилась и что скоро наш папка приедет. Я как-то не сразу мог понять, почувствовать, что мой отец действительно скоро вернется с войны. Может быть, это было потому, что об отце у меня было виртуальное представление. Я его видел только на фотографиях, а остальную информацию имел только со слов матери. Но все-таки я заразился всеобщим ликованием и начал радоваться вместе со всеми. А апофеозом ликования стало то, что я запомнил как самое важное и весомое. Мать стала выкидывать из сундука все, что там было. Я не мог понять, что они ищут. Порывшись в содержимом сундука, из общей кучи наконец извлекли платье малинового или вишневого цвета. Красного, наверное, там ничего не было. Платье распороли моментально, я даже сейчас помню этот треск. Я немного погрустнел, мне жаль было это платье. Сестра, молодец, поняла меня и сказала, что сейчас из этого материала сошьют флаг и вывесят над домом. Флаг сшили моментально. Я помню эту ткань на ощупь, она была какая-то немножко шершавая, помню даже фактуру. Много позже я узнал, что эта ткань называется крепдешин. 
С только что пошитым флагом вся наша компания вывалилась во двор. Тетя Валя сразу же выбрала из штабеля жердей одну самую длинную и ровную, и стали закреплять на ней флаг. Прикрепив, они по лестнице взобрались на крышу и закрепили там жердь с флагом. Ветер был какой-то упругий, веселый, сразу же завладел нашим флагом, расправил полотнище, и оно, пощелкивая, развевалось. Мы все обнялись, смотрели на флаг и какое-то время молчали. Тут к нам стали подходить ученики из школы, взрослые.   Всеобщему ликованию не было предела. Такого накала радости, восторженности, слез и смеха одновременно, мне кажется, я больше никогда в жизни не встречал и не переживал.
P. S. Отец мой после войны вернулся нескоро. Он был демобилизован лишь в декабре 1945-го, но к началу нового 46-го года успел добраться до дома. И начался в моей жизни новый период – после войны. 
Владимир Галич, с. Пономаревка.

 

Категория: Разное | Добавил: МРодина (04.05.2017)
Просмотров: 66
Всего комментариев: 0
avatar